Ира Вайнер

Быть богатым хорошо,
А здоровым — круче.
Я бы в дураки пошёл —
Пусть меня научат.

Ведь известно — с дурака,
Что с кота — приблуда.
Потому-то простака
И работа любит.

Солнце лоб не напечёт
Под бочком у бога.
Где другому лишь почёт —
Дураку дорога.

Даже умный дурака,
Чтобы не дать маху,
Признаёт издалека
И бежит со страху!

Не падёт с него, ей-ей,
Самый малый волос,
Потому что всех милей
Его ценный голос.

Дурость, к слову знатока,
Непростая штука,
И искусство дурака —
Сложная наука.

Пусть завидует мудрец,
Желчью истекая,
Ведь дурак — всему венец,
Доля в нём святая.

© 2026 Ира Вайнер

От самого начала века
Всегда хотелось человеку
Открыть всё то, что было скрыто,
И откопать всё, что зарыто,
И вспомнить то, что позабыто.
Но больше зрелища и хлеба
Его звало ночное небо.

Сквозь расстояния и грёзы
К себе всегда манили звёзды,
Чудесные являя сны.
Но, словно плутовство блесны,
Черты их были не ясны.
И вот тогда решили люди
Ночь осветить, и будь что будет.

Когда настала ночь, они
Включили яркие огни,
Чтоб разглядеть за небосводом,
Где морем плещется свобода,
Секретный ключ земного кода,
Давнишний разрешив вопрос
Мистичности далёких звёзд.

И вся безумная планета
Тотчас засеребрилась светом,
Как будто бог своей рукой
Её коснулся, и слепой
Увидел мир сквозь мрак ночной.
И шар земной от этой силы
Стал на мгновение светилом.

И ото сна очнулся спящий,
Рассматривая мир манящий:
Окутанный когда-то тьмой,
Предстал он сказочной мечтой.
И весь народ одной толпой
Вдруг вышел, утирая слёзы,
Чтоб рассмотреть получше звёзды.

И радостно бежали дети,
Чтоб чудеса увидеть эти.
И, в небо устремляя взгляды,
Толпились люди, стоя рядом.
Но там, где признанной наградой
Должна была быть красота,
Дырой зияла чернота.

© 2026 Ира Вайнер

Утомившись от праздности вечности и постоянства,
Посмотрел на пустое ничто преблагой демиург.
И решил он заполнить свободное всея пространство,
Обозначив возникшее нечто как жизненный круг.

Размышляя, как проще решить эту головоломку,
Он направил свой пристальный взор в лучезарный эфир
И тогда произнёс своё Слово отчётливо громко,
Сотворяя в тот миг этим словом наш подлинный мир.

Но, поскольку творение было его произвольно,
И хватало и прочих ему незаконченных дел,
Я, по счёту большому, осталась не очень довольна
Положением в общем и расположением тел.

Если были мы созданы как двойники по подобию,
Значит, и соответсвенно в силе примерно равны.
Может, если исполнить свою роковую рапсодию,
Воплотятся в реальность и самые дерзкие сны.

И упрямые мысли влекут меня снова и снова,
Повторяя как мантру великий исконный урок.
Я сумею сказать своё главное веское слово,
Сотворив себе лучший и правильный личный мирок.

Устремляясь во тьму, как надёжная дробь барабана,
Хлёских значимых фраз из груди вырывается бой.
И по каменным улицам, словно нелепая драма,
Гулким эхом летит голос мой, этот вой, дикий вой..

© 2026 Ира Вайнер

Когда встану я утром,
Завершив все дела,
Я смешаю все буквы
И сотру все слова.

И подобие рая
С этим жестом простым
Станет выжженным краем,
Промежутком пустым.

И порыв вдохновеный
Мощной вольностью лир
Сотворит совершенный
Неизведанный мир.

И в том мире прекрасном
В свете нового дня
Всё представиться ясным
В ярком блеске огня.

И под звуки тамтама,
Тайный образ храня,
Я войду в двери храма,
Чтоб дождаться тебя.

И прольётся на землю,
Когда в дверь ты войдёшь,
Долгожданный весенний
Апельсиновый дождь.

И по небу к закату,
Как большая река,
Сладкой сахарной ватой
Поплывут облака.

И красивым сюжетом
Ляжет путь наш с тобой —
Апельсиновый летом
Мы вернёмся домой.

А когда вновь настанет
Роковая зима,
Я смешаю все буквы
И сотру все слова.

И опять, как и прежде,
Вспоминаний уют
Сохранит нам надежду
На последний приют.

© 2026 Ира Вайнер

И всё в этом мире так прочно, не зыбко..
Возможно, случилась большая ошибка —
Какой-то незримый обманчивый контур
Закрыл собой образы за горизонтом.

И, кажется, будто я небу подобна.
Но форма моя неясна, неудобна
И в данных пропорциях определенно
Скучна, тяжела и весьма приземленна.

И в сей парадигме несложно признаться,
Что мне от земли нелегко оторваться,
И я, как извечный герой своей саги,
По бренному миру скитаюсь бродягой.

Но, если серьёзно, то рано иль поздно
На небе взойдут долгожданные звёзды,
Смешав, словно карты, порядок ночной,
И хаос на землю прольётся грозой.

И, вспомнив свою идеальную форму,
Я в глаз как в мишень идеального шторма
Бесстрашно сорвусь всем ветрам вопреки,
Гоняясь со смертью наперегонки.

Пробив обозначенный круг ориентира,
Я сквозь полотно настоящего мира
На волю прорвусь, словно стержень стальной,
И в даль улечу самой быстрой стрелой.
Ну что, ты со мной?

© 2026 Ира Вайнер

Так приятно ложиться спать —
Видно, время уже настало:
Я залезу в свою кровать,
Натяну на себя одеяло.

И в постели уютной той
Мне откроются двери тайны:
Очарованная темнотой,
Я ступлю в странный мир реальный.

И обычный порядок мой
Вдруг изменит сюжет и формы,
И построенный мир другой
Мне предстанет таким знакомым.

Очевидно, что нет нужды
Свою роль повторять сначала —
Этих призраков темноты
Я отлично когда-то знала.

И, набив дополна эфир
Разным хламом, я очень скоро
Позабуду привычный мир,
Утвердив распорядок новый.

А когда рано поутру
Я вернусь как и не бывало,
Продолжая свою игру,
То начну свой рассказ сначала.

© 2026 Ира Вайнер

Подайте бедному поэту
Во избежание беды,
Чтобы не затерялись где-то
Его великие труды.
Чтобы достойные потомки
В грядущей сущности земной,
Идя по жизни грани тонкой,
Проникнулись его строкой.

Подайте доброму поэту,
Что вечно ходит налегке,
Одну червоную монету,
Затерянную в кошельке.
И сидя на своей лежанке,
Считая мрачно барыши,
Откройте для себя изнанку
Своей подавленной души.

Подбросьте звонкую монету
Своей удачливой рукой,
Чтоб не кичился лирик этот
Сей аскетичною судьбой.
Внесите просто свою лепту
В сюжет текущий, наконец.
Подайте дерзкому поэту —
Глашатаю чужих сердец.

© 2025 Ира Вайнер

Безмерна, горделива, высока,
Она массивом каменным стояла,
Вершиной упираясь в облака,
Как будто на земле ей места мало.

И сверху ей казалось, что судьба
Жестоким ветром пролетает мимо,
И время, словно талая вода,
Проходит сквозь неё неумолимо.

А там внизу, стирая берега,
Текла рекой широкая дорога,
Наполненная жизнью, но она
Водила разговоры только с Богом.

И ей порой хотелось в простоте
Прожить свой век легко и приземлённо —
Чем прок искать в безбрежной пустоте,
Не лучше ль прозябать определённо?

И было ей неважно, что сама
Она была свидетелем начала —
Ей аргумента этого всегда
Для радости как будто не хватало.

Как древняя великая стена,
Среди земли степной, прямой и длинной,
Стояла одинокая гора,
Которая мечтала стать равниной.

© 2025 Ира Вайнер